НОВОСТИ    КНИГИ ДЛЯ РОДИТЕЛЕЙ    КНИГИ ДЛЯ ДЕТЕЙ    КАРТА ПРОЕКТОВ    О САЙТЕ


предыдущая главасодержаниеследующая глава

Произведения для чтения детям

Капустная белянка

Мальчик поймал на огороде беленькую бабочку и принес к отцу. - Это превредная бабочка, - сказал отец, - если их разведется много, то пропадет наша капуста!

- Неужели эта бабочка такая жадная? - спрашивает мальчик.

- Не сама бабочка, а ее гусеница, - отвечает отец, - бабочка эта нанесет крохотных яичек, а из яичек выползут гусеницы.

Гусеница очень прожорлива. Она только и делает, что ест да растет. Когда она вырастет, то сделается куколкой. Куколка не ест, не пьет, лежит без движения, а потом вылетит из нее бабочка, такая же, как вот эта.

Так превращается всякая бабочка из яичка в гусеницу, из гусеницы в куколку, из куколки в бабочку, а бабочка нанесет яичек и замрет где-нибудь на листике.

К. Ушинский

Белка

Видали вы когда-нибудь, чтобы грибы росли не на земле, а высоко на дереве, на тоненьких сучках? Да ни какие-нибудь поганки, а самые настоящие подберезовики, маслята, боровики... Придется залезть на дерево и поглядеть, как же они там пристроились.

Оказывается, грибы вовсе и не росли на дереве, а ловко засунуты в развилки между сучками. Кто же их тут развесил сушить на солнышке?

Глядите, вон какой-то зверек подскочил к сосне и стрелою взбежал вверх по стволу, будто по лестнице. Значит, острые когти у зверька, если так крепко за кору цепляется. Взобрался на ветку и уселся. Теперь его можно хорошо разглядеть. Зверек маленький, с котенка ростом, желтенький весь, ушки торчком, с кисточками, а хвост большой, пушистый, не меньше самого хозяина. Такой хвост зверьку вместо парашюта служит при прыжках с дерева на дерево. Очень ловко прыгает этот зверек. Называется он - белка.

В лапках белка держит гриб. Так вот, значит, зачем она спускалась на землю! - Собирала грибы. Теперь понятно, откуда взялись грибы на сучьях дерева. Это хлопотунья-белка готовит себе на зиму запасы. Да не только одни грибы. Где-нибудь в старом дупле у нее, наверное, есть целая кладовая. Туда она таскает орехи, желуди, шишки. Все это пригодится суровой зимой.

К зиме белке нужно не только о съестных запасах позаботиться. Надо еще приготовить теплое, уютное жилище. Если посчастливится найти старое воронье или сорочье гнездо, она отлично приспособит себе его под квартиру, а не найдет, - может и сама из прутиков устроить, совьет гнездо не хуже птицы. Снаружи беличье гнездо некрасиво: какая-то беспорядочная кучка прутиков, хворостинок торчит во все стороны. Зато внутри совсем другое дело. Белка вьет свое гнездо очень искусно: заплетет сверху из тех же прутиков крышу, чтобы дождь и снег не попадали.

Г. Скребицкий

У старой сосны

Душистой смолой пахнет бор. У освещенной солнцем старой сосны резвятся веселые проказницы-белки. Радуются они теплому солнышку, светлой весне. Сменили к весне свои пушистые серые шубки. Рыжими стали у белок их спинки, пышные хвосты. Всю долгую зиму жили белки в высоком лесу. От ветра и стужи прятались в теплых гнездах, забирались в глубокие дупла деревьев. С елки на елку, с сосны на сосну носились по лесу, грызли смолистые тяжелые шишки.

В голодные годы, когда мало в лесу орехов и шишек, белки пускаются в далекие и опасные путешествия. Смело переплывают они широкие реки, перебегают открытые поля, забегают в селения и города.

Никому в лесу не делают вреда миролюбивые, веселые белки. С сучка на сучок, с вершины на вершину друг за дружкой гоняются они по деревьям, встречают светлую теплую весну.

И. Соколов-Микитов

Медвежья семья

На освещенную солнцем лесную поляну вывела медведица своих маленьких медвежат. Испугалась медведей быстрая куница.

Остановилась, слушает осторожная медведица: все ли спокойно в лесу?

Жмутся к матери маленькие медвежата. Страшно им в огромном лесу. Только недавно выбрались они из теплой берлоги. Прислушиваются медвежата, как шумит ветер в высоких лесных вершинах, как пересвистываются и поют невидимые птицы, а на сухой сосновой макушке дятел выстукивает дробь.

Поздней зимою, в берлоге, родились у медведицы эти мохнатые медвежата. Тепло им было в закрытой берлоге. Сладко причмокивая, сосали они материнское молоко. Забравшись под брюхо медведицы, крепко спали.

Вывела медведица своих медвежат в лес. Будут они теперь привыкать к родному лесу, играть и кувыркаться по мягким кочкам, взбираться на деревья. Трудно увидеть медведей. Далеко слышит и чует медведица. Не увидишь и не услышишь, как уйдут, тихо скроются в темном лесу чуткие звери.

И. Соколов-Микитов

Кто на себе свой дом носит?

Вот на листке ромашки поселилась улитка. Она никогда со своим домиком не расстается. Удобно улитке: где остановилась, там и дом. Дождик не намочит, солнышко не припечет и не заблудится никогда. Смотрите: улитка высунулась из домика и принялась есть листья. Видите: у нее на голове как будто рожки с черными пятнышками на концах? Это не пятнышки, а ее глаза. Стукнешь пальцем по раковине - улитка спрячет глаза и сама скроется в домике.

По Г. Ганейзер

Лечебница под сосной

Однажды, сидя в укромном уголке леса, я увидел странное зрелище. По муравейнику прыгал дрозд. Он разгребал лапами верх муравьиной кучи, и я решил, что дрозд прилетел покормиться, но дрозд и не думал клевать муравьев. Дрозд вытянул в сторону крылья, сидел минут десять. Позже я видел на муравейнике соек, скворца, трясогузку. На муравьиных кучах птицы освобождаются от паразитов.

Муравьи быстро "вычесывают" все, что скопилось под крыльями, и попутно опрыскивают тело птицы остро пахнущей кислотой. Натуралисты подметили: едва ли не половина всех лесных птиц принимает муравьиные ванны.

По В. Пескову

Муравейник зашевелился

Мы нашли большой муравейник под елью. Сначала мы думали - это просто куча сора и старой хвои, а не муравейный город: ни одного муравья не было видно.

Теперь снег сошел с кучи, и муравьи вылезли погреться на солнышке. После долгого зимнего сна они совсем обессилели и лежали на муравейнике липкими черными комьями.

Мы слегка потревожили их палочкой, а они едва могли пошевельнуться. У них не было даже сил отстреливаться от непрошеных гостей едкой муравьиной кислотой.

Пройдет еще несколько дней, пока они снова примутся за работу.

В. Бианки

Проснулись ящерицы и змеи

Вот вы идете по лесной опушке или по обочине проезжей дороги вдоль канавы, поросшей кустами и заваленной грудой камней. Внимательно осматривайте каждый крупный камень. Его поверхность ярко освещена солнцем и до того нагрелась, что, если приложить к нему руку, становится даже горячо.

Глядите: на камне лежит, распластавшись всем телом, широко расставив лапки и зажмурив глаза, ящерица. Она только недавно очнулась от зимней спячки в какой-нибудь земляной норке, очнулась и выбралась погреться на солнышке.

Тепло, яркий солнечный свет необходимы ящерице для того, чтобы сделаться быстрой, подвижной. Погреется ящерица и примется за охоту. Она очень прожорлива и уничтожает немалое количество слизняков, мух и разных мелких насекомых, вредящих растениям.

Ящерицы полезные животные. Берегите их!

По Г. Скребицкому

Заяц

Чьи это следы виднеются на снегу? Спереди радом - два больших отпечатка, а позади них один за другим - два маленьких. Это - следы зайца. Когда он прыгает, то заносит вперед задние лапы; поэтому получается так, что большие следы от задних лап впереди, а маленькие - от передних - сзади.

Хорошо виден на свежем снегу заячий след. Ну, а где же сам заяц? Наверное, где-нибудь неподалеку. Вырыл себе ямку в снегу и спрятался в ней.

Много у зайца врагов: разные хищные звери и птицы - все хотят полакомиться вкусной зайчатиной. А куда же спрятаться от них? Норы у зайца нет, а на дерево он взобраться не может.

Спасают зайца от врагов быстрые ноги да шубка-невидимка.

Летом заяц весь серый, прижмется где-нибудь под кустиком, будто комочек земли, и не найдешь его.

А к зиме вылиняет, белый станет, в снегу и незаметен. Днем зайцу разгуливать никак нельзя: хоть он и в шубке-невидимке, а все-таки сразу бы заметили его зоркий ястреб или лисица, схватили бы и съели. Вот зайцу и приходится весь день спать где-нибудь под кустиком, а как зайдет солнышко, начнет смеркаться, так заяц и просыпается. Сядет, насторожит уши, послушает: все ли кругом спокойно, потом потрет лапкой мордочку, умоется, обчистится и потихоньку-прыг-прыг - отправляется на кормежку.

Летом о еде заботиться нечего: кругом растет вкусная сочная трава - ешь сколько хочешь.

Зимой зайцу хуже приходится: ведь он не белка - запасов не делает, а кругом все снегом покрыто. Чем же кормиться? Бежит заяц в поле, раскапывает лапками снег до самой земли и достает зеленые хлебные ростки...

А зима все подсыпает да подсыпает снегу. Такие сугробы навалит, что зайцу их и не раскопать, не достать вкусные, сочные зеленя. Приходится искать другую пищу. Начинает заяц в лесу кору деревьев обгладывать - объедать молодые веточки...

Проживет заяц зиму и дождется наконец весны. Весною, как только появятся проталины, у зайчих уже родятся дети. Сразу два-три, а то и четыре зайчонка. Мать-зайчиха мало заботится о своих детях: даст пососать молока да и убежит... Но у зайцев на этот счет свой порядок заведен. У них каждая мать всем детям кормилица. Какая бы зайчиха мимо зайчат ни пробежала, обязательно накормит малышей своим молоком.

Г. Скребицкий

Еж

"Сердитый, колючий, не трогай лучше". - Про кого это сказано? Конечно, про ежа. Ежик - очень забавный зверек, толстенький, кругленький. Наткнешься на него в лесу и не подумаешь, что зверь. Сереет что-то в траве, будто маленькая муравьиная кочечка, а захочешь взять в руки - дотронешься, - кочечка сразу оживет, зафыркает, запыхтит, даже подпрыгнет и больно уколет в руку.

У ежа вся спина и бока покрыты не шерстью, а острыми колючками. Только мордочка, лапки и брюшко без колючек.

Как ежик заслышит опасность, сейчас свернется в клубок, спрячет внутрь мордочку, живот и лапки, а колючки во все стороны выставит, будто пики. Попробуй-ка подступись к нему...

В кустах, в траве ежиха устраивает летом гнездо и выводит ежат. Родятся они маленькими, слепыми, как крысята, только крысята родятся голые, а ежата в колючках. Ежиха - заботливая мать, и в случае опасности она отважно защищает детей...

Мать-ежиха кормит ежат молоком. Уляжется на бок, малыши подлезут к ней под живот и сосут. А когда ежата подрастут, они начинают сами себе еду добывать: ловить разных козявок, червяков... Так и живут ежики в лесу все лето.

Наступит осень, попрячутся от холода все букашки, черви, жуки. Голодно станет ежам. Устроят они себе где-нибудь в укромном уголке гнездо изо мха, травы и листьев, заберутся в него и заснут крепким сном на всю зиму до теплых весенних дней.

Г. Скребицкий

Лоси

Наступил вечер в лесу. За макушки деревьев закатилось солнышко.

Пасется на краю болота лосиха со своим длинноногим неуклюжим лосенком. Досыта наелись они сочной травою. Задремала, неподвижно стоит старая лосиха. Звенят над болотом надоедливые комары. Отбиваются от комаров лоси, потряхивая длинными ушами. Чтобы спастись от комаров, забираются иногда лоси в воду. Ни воды, ни больших вязких болот, ни глухой, непролазной чащобы не страшатся лоси.

Всюду бродят по лесу лоси: переходят болота, переплывают широкие реки, глубокие лесные озера. Там, где люди не обижают лосей, доверчиво выходят они из лесу. Нередко люди видят лосей на окраинах селений и городов. Случается, забредают они в сады и подгородные парки.

И. Соколов-Микитов

Заяц

В лесу было тихо, солнце взошло. Я раскурил трубочку и, развалившись у пня, положив на колени ружье, стал прислушиваться к звукам.

Покуривая трубочку, пересвистываясь с подлетевшим рябчиком, я вдруг увидел за стволами деревьев тихо ковылявшего прямо на меня зайца-беляка. Усталый зайчишка возвращался на лежку после веселых ночных похождений. Коротенькими прыжками он тихо ковылял по моховым рыжеватым кочкам. По его мокрым ляжкам смешно болтались клочки вылинявших зимних порточков.

Я сидел не двигаясь, не шевеля пальцем, сливаясь с высоким зеленым пнем. Когда заяц подбежал близко, почти в колени, я немного пошевелился и тихо сказал:

- Ага, попался, косой!

Боже мой, что стало с зайцем, как подхватился он, как замелькали между кочками его порточки, коротенький хвостик! Громко смеясь, я крикнул зайцу вдогонку:

- Улепетывай, косой, поскорее!..

Я как бы и теперь вижу лес, тихое утро, слышу свист рябчика, отчетливо вижу зайчишку-беляка, мокрые его порточки. Улепетывай, брат косой, на доброе здоровье!

И. Соколов-Микитов

Гнездо из "бумаги"

Видите круглую дырку в земле? Отойдем подальше. Дырка - вход в осиное гнездо. Под землей осы вырыли большую нору и повесили в ней круглое гнездо на тонкой ножке. Гнездо они построили из "бумаги", которую сами сделали.

Острыми челюстями осы соскабливают с деревьев кусочки древесины и, размельчив их, смачивают своей клейкой слюной. Получается липкая кашица. Когда кашица высыхает, то превращается в довольно плотную "бумагу" серого цвета. На ней можно даже карандашом писать. В осином гнезде тысячи крохотных комнаток - ячеек; в них осы откладывают яички и выращивают детей. Осы, так же как и пчелы, питаются сладким цветочным соком, но не прочь и мясом поживиться: они нападают на мух и, залетая на кухню, откусывают кусочки мяса. Осы не собирают меда и на зиму не делают запасов. Когда начинается зима, почти все осы умирают.

Мы с вами встретили гнездо земляных ос, а есть и такие, которые устраивают свои гнезда на деревьях или на чердаках домов.

Г. Ганейзер

Кузнечик-невидимка

Давайте сядем и отдохнем немного. Слышите, как здорово и весело стрекочут в траве кузнечики? А вы видите хоть одного? Нет? И я не вижу. Кузнечики очень искусно прячутся. И все-таки мы сейчас поймаем нескольких. Снимите шапочки и быстро проведите ими по траве... Так. Теперь загляните внутрь, но только осторожно. Попался кто-нибудь? Как раз кузнечики и попались! Зеленые, как трава, длинные ноги похожи на стебельки, а крылышки - на листья. Конечно, их нелегко заметить в траве. Теперь откройте шапочки. Вот и нет кузнечиков! Видите, как они высоко

подпрыгнули? А еще кто-нибудь остался? Конечно: маленькие разноцветные жучки и муравьи торопливо ползают в шапочках и стараются выбраться наружу.

Г. Ганейзер

Лисица

Маленькая лисичка родилась в глубокой тесной норе. Лисичка была слепая, глаза у нее не открывались, у нее не было зубов, и шерсть на ней была коротенькая.

У лисички были четверо братьев и сестер, и все такие же жалкие, неуклюжие и слепые, как и она. Мать-лисица кормила их своим молоком и грела своим телом. Мать редко уходила из норы; сбегает поесть и опять придет к лисятам. Тепло и хорошо было лисятам в норе возле матери.

Через две недели у лисят открылись глаза и начали прорезываться зубы. Но в норе было темно - все равно ничего не видать. Однажды мать взяла лисенка за спинку зубами, вынесла из норы и осторожно положила на мягкую травку.

В первый раз лисичка увидела вольный свет. Сначала солнечный свет так ослепил ее непривычные глаза, что она ничего не видела и зажмурилась, потом понемногу открыла глаза. Солнце грело лисичку, ей было тепло и весело.

Мать-лисица стала каждый день выгонять лисят из норы. Сидит, насторожив уши, смотрит на лисят, а они кувыркаются в траве, борются, катаются по земле, бегают друг за другом. Мать убежит ненадолго и принесет им поесть: мышонка, или кузнечика, или лягушонка тащит, а то и зайчонка поймает. Голодные лисята бросятся, все вмиг съедят. А чуть услышит мать какой-нибудь шорох - встрепенется, бросится к деткам, гонит их домой.

Немного подросли лисята, и мать стала их учить, как ловить добычу. Принесет живого мышонка и пустит между лисятами, а они его ловят. Мать сидит и строго следит за детьми: чуть который зазевается или упустит мышонка, она лисенка цапнет зубами. Взвизгнет лисенок, да делать нечего, сам виноват: не зевай.

Потом лиса поведет детей на пригорочек и покажет, как нужно ловить бабочек, жучков. Все лисята ловят все, что движется, смело бросаются на добычу, ничего не боятся. А мать учит их, как надо быть осторожными, как нужно слушать, не бежит ли собака или другой какой-нибудь крупный зверь.

К осени лисята выросли, стали бегать одни, без матери.

По А. Востром

Крапивница и лимонница

- Терпеть не могу непонятных имен! Почему ты Лимонница, если у нас лимоны не растут даже? Вот я: у меня на крапиву аппетит - я Крапивница! У нее на капусту аппетит - она Капустница! Просто все и понятно!

- А меня Лимонницей не за аппетит назвали, а за красоту! У меня платье прекрасное, лимонного цвета. Да только вам, обжорам, этого не понять...

Н. Сладков

Заяц и полевка

- Мороз и вьюга, снег и холод. Травку зеленую понюхать захочешь, листиков сочных погрызть - терпи до весны. А где еще та весна - за горами да за морями...

- Не за морями, Заяц, весна, не за горами, а у тебя под ногами! Прокопай снег до земли - там и брусничка зеленая, и манжетка, и земляничка, и одуванчик. И нанюхаешься, и наешься.

Н. Сладков

Лосенок и лосиха

- Посмотри, мама, какие у меня ноги большие да длинные!

- Длинные, сынок, большие.

- Посмотри, мама, какие у меня уши широкие да большие!

- Широкие, сынок, большие.

- А отчего, мама, у меня такие ноги и уши большие?

- А оттого, сынок, что ты у меня еще совсем маленький...

Н. Сладков

Где ее дом?

Бабочка села на цветок, и цветок наклонился. Бабочка качнулась вместе с цветком влево, потом вправо. Бабочка качается на цветке, как на качелях. Длинный, тонкий, изогнутый хоботок она то опускает внутрь цветка, то вынимает.

Десять тычинок выстроились в ряд по кругу. Пыльца с тычинок осыпает бабочку со всех сторон, и от этого голова у бабочки, и брюшко, и лапки становятся желтыми.

Разные бывают цветки. Бабочка любит цветки с открытыми во все стороны лепестками, чтобы сесть на цветок и видеть, что происходит вокруг. А бывают такие цветки, у которых есть крылечки и крыша. Сядешь на крылечко, голову надо просунуть под крышу, а крылья снаружи остаются. Пчеле хорошо: она маленькая - вся под крышей умещается. Ее снаружи не видно; только слышно, как цветок жужжит.

Иногда в цветках между лепестками ползают крохотные вертлявые трипсы. Их так много, что куда ни опустит бабочка хоботок, всюду на них натыкается. И никуда от этих трипсов не денешься, потому что в цветке они полноправные хозяева - здесь их дом. А где дом у бабочки?

У муравья дом - муравейник, у паука - дом из паутины. А у бабочки?

...Ель, сосна, береза. Нет, все это не то. А вот и поле. И на поле - капуста. Большая, тугая, треснувшая от сока. Человек бы сорвал такой кочан и отнес своим детям, А бабочке этот кочан для ее детей не нравится. Он для бабочкиных детей недостаточно сладкий, недостаточно сочный. С одного кочана на другой перелетает бабочка, пробует капусту передними лапками.

Долго будет летать бабочка над полем, долго будет выбирать капусту, самую сладкую, самую вкусную. А когда выберет, сядет на нижний зеленый лист и отложит желтые, крупные, ребристые яйца.

Не было у бабочки дома. Домом для нее было каждое дупло, каждая удобная веточка, каждая шелковистая травинка, каждый душистый цветок. Да и зачем этой бабочке дом, если живет она только дней шестнадцать. И если за шестнадцать дней надо узнать мир.

По П. Романовой

Таинственные превращения

Стрекозы и бабочки, мухи и жуки никогда не бывают детишками. Они появляются на свет сразу взрослыми. Насекомые откладывают яички, маленькие, они бедны питательными веществами. Зародыш не может в них полностью развиваться, поэтому они развиваются вне яйца. Это и есть личинки (у жуков, мух, стрекоз) и гусеницы (у бабочек). Птицы откладывают несколько яиц, а вот бабочки очень много. Какую-то часть яичек склюют птицы, часть унесут муравьи, жуки, мухи. А какая-то часть все-таки уцелеет. Вот из них-то и выйдут гусеницы... Пройдет немного времени - и гусеница превратится в куколку, совсем неподвижную с виду. А из куколки появится бабочка.

- Значит, так. - Ромка принялся загибать пальцы. - Яички - раз, личинки или гусеницы - это два, куколка - три, взрослое насекомое - четыре.

- А дальше что? - задумалась Маша.

- А дальше взрослое насекомое отложит яички, и все начнется сначала. И если нам с вами посчастливится, то мы увидим истинное чудо - "рождение" бабочки. Зашевелится вдруг неподвижная куколка, лопнет у нее на спинке шкурка, появятся сначала крылышки, а потом и вся бабочка. В эту минуту она не очень похожа на бабочку - крылья висят, как мокрые тряпочки, и сама она какая-то вялая. Но пройдет час-другой - и крылья обсохнут. Бабочка пошевелит ими, расправит их и вдруг... полетит. И засверкают, и заиграют на солнце волшебные краски! Даже трудно поверить, что еще совсем недавно она была спрятана в сухую шкурку, которая теперь ненужная лежит на земле или висит на сучке...

- Как в сказке о Царевне-лягушке! Сбросила лягушка свою шкурку и стала прекрасной царевной.

По Ю. Дмитриеву

Лисица

В нашей стране лисицы живут в степях, в лесах, в тундре и даже в пустыне. Тело лисицы очень подвижно: оно может легко изгибаться, стлаться и вытягиваться при беге. Ее ноги гибкие и тонкие. Подошвы жесткие и когти тупые, короткие. Хвост при поворотах работает как руль.

Высоко ценится рыжевато-красный пушистый мех. У черных лисиц особенно заметно выделяется на спинке и по бокам серебристый налет.

Лапы лисицы к зиме сплошь обрастают густой шерстью, наружу торчат только кончики пальцев. Лисица зимой как бы в валенках, и лапки ее не зябнут даже в сильные морозы.

Лисица издает лай или визг. Слух у лисицы отличный. Она за много метров слышит, как под снежным покровом возятся и пищат полевки - грызуны, похожие на мышей.

В марте, как только начинает оседать снег на полях и оголяются южные склоны гор и оврагов, лисица прилежно ищет нору для своего будущего потомства. Случайно заметив нору сурка, она тотчас разделывается с хозяином жилья и сама устраивается там.

Когда апрельское солнце обогреет землю и покажется молодая зелень, у лисицы родятся пять или восемь слепых, но крепких лисят. Кончики хвостов у них совершенно белые. Выбегать наружу они начинают тогда, когда становятся зрячими и обрастут шерсткой.

Лисица-мать внимательно следит, не угрожает ли кто-нибудь ее детенышам. При малейшей опасности ее короткий лай заставляет лисят тотчас прятаться в нору. Лисица хорошо видит днем и ночью. Она отлично определяет, откуда слышится звук.

Лис-отец вместе с лисицей оберегает и учит молодых, приносит им полуживых зайчат, с которыми лисята расправляются сами, мелких грызунов, птенцов, птиц. Лисята растут быстро. Они все дальше и дальше уходят от своей норы, пробуют ловить всех, кто ползает по земле, хватают лягушек, насекомых, зверьков, но по лаю родителей мгновенно затаиваются. К осени лисята становятся примерно с мать. Они уже сами могут добывать себе корм - ловят молодых тетеревов, куропаток, по ночам охотятся за мышами и полевками. К концу осени лисята покидают родное логово: они начинают совершенно самостоятельную жизнь.

А. Клыков

Заяц и лосенок

- Слушай, Лосенок, ты Лось или Лосиха?

- Я, Заяц, и сам не знаю! Вот если рога к весне вырастут, - значит, я Лось, а если не вырастут, - значит, Лосиха. Приходи летом, разберемся.

Н. Сладков

Лиса и еж

- Всем ты, Еж, хорош и пригож, да вот колючки тебе не к лицу!

- А что, Лиса, я с колючками некрасивый, что ли?

- Да не то чтобы некрасивый...

- Может, я с колючками неуклюжий?

- Да не то чтобы неуклюжий...

- Так какой же я такой с колючками-то?

- Да какой-то ты, брат, с ними несъедобный...

Н. Сладков

Лиса и мышь

- Мышка-трусишка, ты треска боишься?

- Ни крошечки не боюсь!

- А громкого топота?

- Ни капельки не боюсь!

- А страшного рева?

- Нисколечко не боюсь!

- А чего ж ты тогда боишься?

- Да тихого шороха...

Н. Сладков

В конце лета

От дерева к ямке, от ямки к дереву и опять от дерева к ямке. Муравьи ползут. Два встречных беспорядочных потока: один - от ямки к дереву, другой - от дерева к ямке. Добравшись до ямки, муравьи спускаются в нее и вылезают обратно каждый с бледно-желтой крупинкой во рту. Муравьи движутся по дорожке к дереву. Тут между выступающих корней небольшая впадина. Муравьи взбираются на корни и, сверху сбросив в эту впадину крупинки, поворачивают обратно. А навстречу им ползут другие муравьи, каждый с крупинкой.

Постепенно впадина заполняется. Что хотят выстроить муравьи у подножия дерева?

Вероятно, наземную часть муравейника.

В стволе дерева углубление: как кровь на ране, запеклась кора. Кружком, тесно прижавшись друг к другу, здесь сидят муравьи.

В центре кружка находится что-то большое, длинное, похожее на веретено. Это тля. Она дает пищу муравьям. Муравей пощекочет тлю, и тля выделит сладкую капельку. Муравей слизнет и снова пощекочет.

В растрескавшейся коре старой березы много таких углублений. И в большинстве из них муравьи устроили свои столовые. В столовых где одна тля, а где сразу по три, по четыре. Тли блестящие, зеленого или темно-коричневого цвета.

Дождь. От дождя в лесу темно. Где же муравьи? Вот ямка. Вот дерево. Вот дорожка. Все мокрое. В ямке никого нет. По дорожке медленно ползут два-три муравья... А на дереве? По дереву текут ручьи воды. Они стекают на землю. И там бурлят лужицами. Конечно, на дереве не может быть муравьев. Если бы они туда попали, вода бы их сразу смыла на землю. С одной стороны дерева - водопад. Вода отвесно падает с полуметровой высоты. Здесь оборвана кора до самой сердцевины. Образовалась ниша. В нише сидят муравьи. А может быть, для муравьев это пещера? Вокруг с шумом падает вода. Внутри сухо и, наверное, очень уютно.

Дождь лил два дня почти беспрерывно. А сейчас он прошел. Вечер. В лесу темно. Что делают муравьи? Земля черная, и дерево черное, и муравьи черные. Ничего не видно - все черное. Только капелька воды, каждый раз повисающая на кусочке коры над входом в "пещеру", светится ртутным отблеском. Муравьи в "пещере" видят капельку, и дождь для них еще не кончился. А на дорожке между ямкой и деревом опять открыто движение. Но оно уже не беспорядочное, как днем.

Темно. В темноте медленно друг за другом по цепочке ползут муравьи. Одна цепочка спускается в ямку, другая поднимается из нее.

Медленно, осторожно и спокойно ползут муравьи. Так двигаются машины ночью в горах.

Утро. Солнце. Сухо. Внизу дерева по обнаженным корням ползет маленький колпачок. Похоже, что он свернут из коры. Взяли кусочек коры, бугристый, обтрепанный, весь красноватый, сероватый, желтоватый. Взяли и свернули из него фунтик. Фунтик-колпачок. Колпачок лежит на дереве боком. Из колпачка высовывается крошечная зеленая головка, а за головкой тельце. Не все тельце, а только передняя часть с бугорками на брюшной стороне. Тельце то растягивается, то сжимается. И колпачок движется. Движется? Муравьи набрасываются на зеленую головку, на зеленое тельце. Но головка и тельце сразу втягиваются в колпачок. И теперь он уже не лежит боком, а стоит торчком, острием вверх. Все живое - внутри колпачка, а внутрь муравьи не могут подобраться. Как ни бегают вокруг, как ни стараются просунуть голову, лапки, усики - все безуспешно. Плотно прижато основание колпачка к дереву. Надоело муравьям заниматься бессмысленным делом. И тут ведь ничего нет: просто какой-то сучок из дерева торчит. Отполз от сучка муравей, отполз другой, отполз третий. Все отползли. И медленно ложится колпачок набок. Вновь высовывается головка, за ней тельце, и колпачок начинает двигаться. Тогда опять налетают муравьи, но перед ними снова оказывается сучок и они отползают. А колпачок движется дальше. Трудно передвигаться ему среди муравьев. Иногда успевает высунуться только один глаз, как тут же приходится прятаться. Будто муравьи поняли проделки колпачка: нарочно отползают и ждут, когда он откроется. Кажется, никогда не вырваться малюсенькому колпачку из муравьиного жилища. Но проходит полчаса, и колпачок уже перелез с корней на ствол дерева и уже по стволу поднялся довольно высоко. А ведь чем выше по дереву, тем меньше муравьев, тем легче будет ползти колпачку. Значит, можно за него и не волноваться.

Муравей тащит комара. Комар мертв. Его ноги вытянуты назад. Весь он бескровный, бледный, длинный. В общем, покойник. По дороге комар цепляется за кору. Приходится останавливаться, дергать, тащить назад. А вот появился другой муравей, третий, четвертый. Каждый тянет комара к себе. Первый муравей отбивается. Отбился. Ползет дальше. Навстречу еще муравей. Этот, видимо, сильнее других, сразу отобрал комара. Мертвой хваткой сжимает крыло комара ограбленный муравей. Висит на нем, крутится, переворачивается. Оборвалось крыло. Достался комар другому муравью. К этому муравью никто даже близко не приближается, только усиками поводят в его сторону - чувствуют силу.

Спустился муравей с комаром с дерева и пополз по дорожке. Перед ямкой остановился. Мост. Мост из груды сосновых иголок. К ямке муравьи проползают под мостом, а из ямки взбираются по мосту. Муравей с комаром сунулся под мост. Но между сосновыми иголками застрял. Муравьи сразу бросились отнимать комара. Все столпились в узком проходе, наползают один на другого. Образовалась гора из муравьев в уровень с мостом. Тут муравей с комаром вырвался и по этой живой горе влез на мост. С моста в ямку. А в ямке что? А что в ямке, не видно. Там начинается у муравьев подземное жилище.

Сегодня муравьи не тащат из ямки бледно-желтые крупинки. Дождь размыл дорожку, вымыл из впадины между корнями крупинки. Поздно начали муравьи строительство. Лето подходит к концу. Теперь каждый день могут идти дожди. Недалеко отсюда у одного из деревьев такие же муравьи уже успели возвести целую насыпь из крупинок. Дождь прошел, а насыпь лишь уплотнилась.

Интересно, начнут ли муравьи снова носить крупинки из ямки, возобновят ли строительство?

Два муравья за два конца несут крохотный зеленый жгутик - малюсенькую гусеницу. Один муравей тащит в одну сторону, другой - в другую. Никто не уступает. И оба, хотя и медленно, но все же движутся. Вокруг много муравьев. Они пытаются присоединиться к шествию. Но тогда оба муравья объединяются: они раскачивают зеленый жгутик и бьют им по голове всех, кто ни приближается.

Муравьи с гусеницей подползли к ямке. Один спустился в ямку, а другой не хочет, упирается. Передний повис над ямкой на одном конце гусеницы, а задний стоит на краю ямки и держит другой гусеничный конец. Но тут появился еще муравей и столкнул заднего муравья.

Теперь муравьи в ямке. Что они там будут делать с гусеницей?

Правильные круги по орбите с одним и тем же неизменным центром. Один круг, второй, третий. Их совершает тля. Тля серая, тусклая, невзрачная, она совсем не похожа на тех, которые сидят в столовых. А ее бесконечное движение по одной и той же круговой орбите какое-то тупое, непонятное, упрямое...

Рядом с тлей бегает муравей. Он забегает то сзади, то спереди, то сбоку - он старается сбить тлю с пути. Подползают еще два муравья. Теперь три муравья кружатся вслед за тлей. Им удается, наконец, столкнуть тлю с ее невидимых рельсов. И что же? Тля продолжает кружиться. Ее новые круги той же величины, лишь центр их переместился миллиметра на два правее. Вот и все. Муравьи устали. Они бросают тлю и ползут по дереву. Ползут к нише. Перед нишей останавливаются и тщательно чистят передними лапками усики: прежде чем вползти в нишу, муравьи умываются. Когда муравьи выползают из ниши, они снова прочищают усики. В нише муравьи не моются... В нише...

Два муравья стоят на задних лапках и, сцепившись передними, поглаживают друг друга усиками. Это муравьи один другому изо рта в рот передают лакомые кусочки. К ним подползает третий муравей, один из тех, что уполз от тли. Он тоже становится на задние лапки, шевелит усиками. Он тоже хочет попробовать вкусненького.

В нишах таких лакомок много. Ниша - это место отдыха и встреч.

С тех пор как три муравья покинули тлю, возле нее побывал не один муравей. Но удалось им передвинуть ее еще лишь на несколько миллиметров. И на новом месте тля по-прежнему совершает круги. И еще немало усилий придется затратить муравьям, прежде чем они загонят ее в какую-нибудь расщелину - столовую, окружат и начнут щекотать. И тогда тля наконец успокоится. Начнет выделять сладкие, клейкие капельки, потемнеет и заблестит.

Маленькие, черные муравьи движутся спокойно, деловито, с достоинством. Они здесь хозяева, они работают! Между ними бегают, извиваются жучки атемелес. Ростом атемелес такой же, как муравей. И цветом почти не отличается. А усиками шевелит ну точно как муравей. Только бегает атемелес быстро, вертляво. Весь изгибается. Конец брюшка держит почти вертикально вверх, а иногда достает им прямо до головы.

По дорожке ползет муравей. Внезапно муравей останавливается, застывает в ужасе. Рядом останавливается еще муравей. Потом еще и еще. Теперь их уже много, неподвижных, оцепеневших муравьев.

Словно опомнившись, несколько муравьев срываются с места и бегут. Бегут в разные стороны: одни к дереву, другие - к ямке. По пути торопливо касаются усиками усиков встречных муравьев - сообщают новости. И вот уже не один, не два, а целые потоки муравьев спешат к месту происшествия и, добежав, неподвижно застывают.

В центре образовавшегося круга лежит муравей. Он мертв. Его никто не трогает. На него только смотрят.

Неожиданно в круг врывается атемелес. Он хватает мертвого муравья и тут же исчезает с ним. Теперь в кругу никого нет, но муравьи остаются на месте.

Расползаются муравьи неторопливо, и что-то еще долго объединяет их. А атемелес? Он бегает с мертвым муравьем по поляне. То ткнет его в одно место, то в другое. Положит, отбежит и снова схватит. Что он ищет? Чего хочет? Может быть, он ищет место, чтобы зарыть муравья?

У муравьев новый путь! Муравьи доползают до ямки, но не спускаются в нее, а поворачивают налево к пню. Пень низкий, трухлявый, поднимается уступами. На верхнем уступе сбоку - четырехугольное отверстие. С боков и сверху муравьи вставили в отверстие маленькие щепки. От этого оно стало похоже на вход в землянку.

Внутрь муравьи тоже тащат щепки. Они берут их тут же, рядом. Долго примеряются к каждой, пока находят ту, которая нужна.

А вот муравей, поднимаясь по пню, тащит обрывок зеленого листа. Только он пополз не по той дорожке и никак не может найти вход. Его догоняет другой муравей, дотрагивается усиками, и оба направляются к четырехугольному отверстию. Но отверстие слишком мало для листа. Лист застревает. Получается словно дверь: вползающие муравьи открывают ее внутрь, а выползающие - наружу.

...Снова мертвый комар. Он лежит у подножия дерева. Но теперь муравьи ползают мимо, не обращая на него никакого внимания. Вдруг один из них все-таки хватает комара и тащит по дорожке. Поднимается паника: муравьи шарахаются в разные стороны.

Ямка. Казалось, про нее все забыли. Однако стоит муравью с комаром приблизиться к ней, как моментально выстраивается шеренга муравьев, но никто не отнимает комара. Ему просто преграждают путь в ямку. Тогда муравей с комаром поворачивает к пню. Муравьи окружают его, бьют по голове, хватают за лапки, стаскивают с пня. Он снова взбирается, его опять стаскивают.

И вдруг будто ярость вселяется в него. Напролом, отшвыривая одного муравья за другим, он прорывается к четырехугольному отверстию. Тут пусто. Как и в ямку, сюда больше никто не ползет. Покрутив усиками перед входом, муравей поворачивает обратно. Очевидно, внутрь путь закрыт. Муравей выбирается на тропинку, которая ведет на другую сторону пня. Здесь много круглых отверстий.

Муравей с комаром старается прорваться в какое-нибудь из них. Но в одни его не пускают изнутри, а от других отталкивают снаружи.

Вот дырочка, возле нее никого нет. С разбегу он влетает в нее.

Проходит несколько секунд, и из дырочки начинают выскакивать один за другим муравьи. Они вращают усиками - призывают на помощь. Со всех сторон спешат муравьи и один за другим скрываются в отверстии. Что же теперь там будет? Какое наказание ждет несчастного преступника? Очевидно, наступило время, когда по муравьиным законам уже нельзя мертвых комаров втаскивать в подземное жилище.

Каждый день идет дождь. Сейчас он тоже тихо накрапывает... На дереве столовых теперь мало, и находятся они только в самых глубоких и удлиненных расщелинах. Муравьи продолжают ползти на ту сторону пня, где расположены круглые отверстия, но спускаются уже не во все из них. Вот один за другим влезают муравьи в круглую дырочку. И вдруг стоп! Заселение подземного жилища с этого входа закончено. Теперь муравьи только просовывают голову внутрь и тут же пятятся назад. А через некоторое время начинают останавливаться на середине пути. Задирают голову, шевелят усиками и, что-то уловив, поворачивают обратно. Они ползут к другим дырочкам, куда еще пускают, но таких дырочек остается все меньше и меньше.

От дерева по дорожке ползет муравей. Он доползает до ямки и поворачивает к пню. Он один. Муравьев больше нет. Ни впереди него, ни сзади.

Круглые дырочки в пне. Одна, вторая, третья. В каждую по очереди муравей просовывает голову и ползет дальше. Последняя дырочка. Муравей приближается к ней особенно медленно. Остановился у входа. Тихо шевелит усиками. Повернул назад... Все... Всюду закрыто.

Муравей ползет обратно. Он спускается к ямке. Выползает на дорожку, добирается до корней. Так ничего и не построили здесь муравьи из бледно-желтых крупинок. Поздно начали, дожди помешали. Зато они заселили пень.

Муравей поднимается по дереву. Ниша. Здесь тоже никого нет. Пусто. Еще вчера здесь собирались муравьи... Два муравья стояли на задних лапках и, обхватившись передними, поглаживали друг друга усиками.

Это было вчера...

Муравей ползет дальше. Столовые. В них по-прежнему сидят тли. Их никто не караулит. Но они будто ждут, что муравьи еще вернутся. И действительно, вот приближается муравей... Нет, прополз мимо. Тли начинают расползаться. Неуверенно, робко они выбираются из углублений и здесь, на воле, опять становятся серыми и тусклыми.

А муравей поднялся еще выше по дереву. И вдруг замер, а потом ринулся вперед. Перед ним - четыре муравья. Долго шевелит он усиками - рассказывает.

Теперь он не один. Теперь их пятеро.

Желтые листья покрывают дорожку, желтые листья, как желтая кровля, повисли над ямкой, желтые листья кружатся над пнем.

Конец лета. Муравьи ушли под землю.

Н. Романова

Голубые лягушки

Прошел месяц, снег совсем почти стаял, и все канавки в лесу разлились в целые ручьи. В них громко кричали лягушки.

Раз мальчик подошел к канаве. Лягушки сразу замолчали - бульк-бульк-бульк! - попрыгали в воду.

Канава была широка. Мальчик не знал, как через нее перебраться. Он стоял и думал: "Из чего бы тут сделать мостик?"

Понемногу из воды стали высовываться треугольные головы лягушек. Лягушки со страхом пучеглазились на мальчика. Он стоял неподвижно. Тогда они начали вылезать из воды. Вылезли и запели.

Их пение нельзя было назвать очень красивым. Есть лягушки, которые звонко квакают; другие крякают вроде уток. А эти только громко урчали, хрипели:

- Тур-лур-лурр!

Мальчик взглянул на них и ахнул от удивления: лягушки были голубые!

До этого ему приходилось видеть много лягушек. Но все они были обыкновенного лягушечьего цвета: серо-буро-коричневые или зеленые. Он даже держал одну зеленую дома, в большой банке из-под варенья. Когда она квакала, она надувала у себя на шее два больших пузыря.

А эти - в канаве - только горлышки раздували, и горлышки у них тоже были красивого светло-голубого цвета.

Мальчик подумал: "Наверно, еще никто на свете не видел голубых лягушек. Это я первый открыл их! "

Он живо поймал трех лягушек, посадил их в кепку и побежал домой.

Дома были гости. Мальчик вбежал в комнату и закричал:

- Смотрите, голубые лягушки!

Все обернулись к нему и замолчали. Он взял и вытряхнул из кепки всех трех лягушек прямо на стол.

Раздался громкий хохот.

Мальчик глянул на лягушек, раскрыл рот от удивления и густо покраснел: все три лягушки были не голубые, а обыкновенного лягушечьего цвета - серо-буро-коричневые.

Но отец мальчика сказал:

- Нечего смеяться над мальчишкой: он ловил лягушек в то время, когда они урчали. Это обыкновенные травяные лягушки, лягушки-турлушки. Они некрасивы. Но когда их освещает весеннее солнце и они поют, они очень хорошеют: становятся нежно-голубого цвета.

Не всякий это видел.

В. Бианки

Белкин мухомор

Зима для зверей - время суровое. Все к ней готовятся. Медведь и барсук сало нагуливают, бурундук орехи кедровые запасает, белка - грибы. И все, казалось бы, тут понятно и просто: и сало, и грибы, и орехи ой как зимой пригодятся!

Просто совсем, да не со всеми!

Вот, например, белка. Сушит она осенью на сучках грибы: сыроежки, опята, моховики. Грибы все хорошие и съедобные. Но вот среди хороших и съедобных находит вдруг... мухомор! Наткнут на сучок - красный, в белую крапинку. Для чего белке мухомор ядовитый?

Может, молодые белки по незнанию мухоморы сушат?

И. Сладков

Поющий еж

Ежик - закадычный друг детства. Все его знают, все его любят, все его находили. Знаменит он своими колючками и тем, что непременно убежит, как бы его ни берегли.

У каждого юнната был свой еж. И уж о нем-то, кажется, все известно. Любит молоко, ловит мышей и лягушек, смело вступает в бой с гадюкой. При тревоге сворачивается в колючий шар, если трогать - грозно пыхтит и поддает иголками. А если не трогать, то скоро высунет из колючек свой мокрый нос, пошмыгает им и выставит глаз. Нет никого - покатится колобком.

Ну, а если домой взять да приласкать, он скоро и сворачиваться перестанет. И иголки его в одну сторону лягут - хоть гладь, как котенка. Станет совсем домашним, этакий топотун-хлопотун.

И вот оказывается, что у этого знакомого всем зверька тоже есть тайна.

Говорил мне один лесник, человек наблюдательный и правдивый, что еж будто бы весною... поет! Да не как там нибудь, а по-настоящему, чем-то похоже на птицу. Сам я поющего ежа не слыхал. Но рассказы об этом слушал не раз. Непременно бы надо проверить. Может, из вас кто слышал ежиное пение? Тогда расскажите нам.

Н. Сладков

Лесовичок

Сидим с Лесовичком под Шапкой, помалкиваем. Вдруг в "окошко" - бельчонок!

Я пошевелился - он не испугался. Я руку протянул - он пальцы обнюхал. Корочкой угостил - взял. Будто всю жизнь из рук ел!

Я удивляюсь, а Лесовичок посмеивается.

- Твой, что ли, прирученный? - спрашиваю.

- Нет, друг мой приятель, не мой и не прирученный. Самый что ни на есть лесной и дикий. Это загадка леса. Я давно голову над нею ломаю.

Бельчонок в углу корочку зубрит, Лесовичок рассказывает:

- Появляются вдруг в звериных семьях необыкновенные зверята - совсем не боятся человека! Сами в дома забегают, сами навстречу бегут, угощение из рук берут без боязни. Братья и сестры дики, злобны, пугливы, а эти будто в избе выросли. И кажется мне, что ищут они с человеком дружбы, сами в друзья набиваются. Только вы, люди, никак этого не поймете. Знаешь небось, что бывает, когда забежит в село белка, куница или барсук... Они к вам с дружбой, а вы к ним с палкой. Доверчивых убиваете, остаются одни злобные и пугливые. Но лес опять к вам своих посланцев шлет, лес все надеется: а вдруг люди поймут и отбросят палку? Вот и этот бельчонок - посланец лесной.

Бельчонок не слушал нас, он корку зубрил. Но весь вид его говорил: "Ну ударьте меня, посадите в клетку - дело ваше. Но в другом выводке появится опять такой же доверчивый, он снова к вам прибежит. И до тех пор будут бегать, пока вам не станет стыдно".

- Звери надеются на человека, - говорил Лесовичок. - При большой беде к человеку бегут. Лоси от волков забегают в поселки, куропатки в голод залетают на задворки, даже мелкие птички, спасаясь от ястреба, кидаются человеку в ноги. Такую доверчивость ценить бы надо!

Сказал и на меня посмотрел. И так посмотрел, что я невольно протянул бельчонку вторую корочку.

Н. Сладков

Заячьи носогрейки

Морозище, даже зайцы продрогли. Может, даже уши себе отморозили. Не помогли ни теплые заячьи шубки, ни шустрые заячьи ноги. И вот залегли зайцы в бурьян, призадумались, закурили заячьи носогрейки. Тут и там над бурьянами светятся трепетные дымки. Против солнца так и попыхивают.

Это зайцы свои носогрейки раскуривают.

Где дымок - там и заяц. Лапки под себя поджал, уши на спину уложил, из носа колечки пускает.

Думает.

Н. Сладков

Котенок

Были брат и сестра - Вася и Катя; у них была кошка. Весной кошка пропала. Дети искали ее везде, но не могли найти. Один раз они играли подле амбара и услыхали - над головой кто-то мяучит тонкими голосами. Вася влез по лестнице под крышу амбара. А Катя стояла внизу и все спрашивала: "Нашел? Нашел?" Но Вася не отвечал ей. Наконец Вася закричал ей:

- Нашел! Наша кошка... и у нее котята; такие чудесные; иди сюда скорее.

Катя побежала домой, достала молока и принесла кошке.

Котят было пять. Когда они выросли немножко и стали вылезать из-под угла, где вывелись, дети выбрали себе одного котенка, серого с белыми лапками, и принесли в дом. Мать раздала всех остальных котят, а этого оставила детям. Дети кормили его, играли с ним и клали с собой спать.

Один раз дети пошли играть на дорогу и взяли с собой котенка.

Ветер шевелил солому по дороге, а котенок играл с соломой, и дети радовались на него. Потом они нашли подле дороги щавель, пошли собирать его и забыли про котенка.

Вдруг они услыхали, что кто-то громко кричит: "Назад, назад!" - и увидали, что скачет охотник, а впереди его две собаки - увидали котенка и хотят схватить его. А котенок, глупый, вместо того чтобы бежать, присел к земле, сгорбил спину и смотрит на собак. Катя испугалась собак, закричала и побежала прочь от них. А Вася что было духу пустился к котенку и в одно время с собаками подбежал к нему. Собаки хотели схватить котенка, но Вася упал животом на котенка и закрыл его от собак.

Охотник подскакал и отогнал собак, а Вася принес домой котенка и уже больше не брал его с собой в поле.

Л. Толстой

Домашняя бабочка

Ночью в коробке вдруг зашуршало. И выползло из коробки что-то усатое и мохнатое. А на спине сложенный веерок из желтой бумаги. Но как я обрадовался этому уродцу!

Я посадил его на абажур, и он неподвижно повис вниз спиной. Сложенный гармошкою веерок стал отвисать и распрямляться. У меня на глазах безобразный мохнатый червяк превращался в прекрасную бабочку. Наверное, так вот лягушка превращалась в царевну!

Всю зиму куколки пролежали мертво и неподвижно, как камешки. Они терпеливо ждали весну, как ждут ее семена в земле. Но комнатное тепло обмануло: "семена проросли" раньше срока. И вот по окну ползает бабочка. А за окном зима. А на окне ледяные цветы. Живая бабочка ползает по мертвым цветам. Она порхает по комнате. Садится на эстамп с маками. Развернув спиральку тоненького хоботка, пьет из ложечки сладкую воду. Опять садится на абажур, подставив крылышки жаркому "солнцу".

Я смотрю на нее и думаю: а почему бы не держать дома бабочек, как держим мы певчих птиц? Они не порадуют голосом, зато порадуют цветом. И если это не вредные бабочки, весной их как птиц можно выпустить в поле.

Есть ведь и певчие насекомые: сверчки и цикады. Цикады поют в спичечном коробке и даже в неплотно стиснутом кулаке. А сверчки пустыни поют прямо как птицы.

Завести бы дома красивых жуков: бронзовок, жужелиц, оленей и носорогов. А сколько можно приручить диких растений!

Ландыши, папоротники, кувшинки. А перелеска, а росянка! А волчье лыко, медвежье ухо, вороний глаз! А почему бы не развести в горшках прекрасные мухоморы, огромные грибы-зонтики или гроздья опят?!

На дворе будет зима, а у вас на подоконнике - лето. Папоротники высунут из земли зеленые кулачки. Ландыши вывесят восковые звоночки. Раскроется чудо-цветок белой кувшинки. И запорхает первая бабочка. И запоет первый сверчок.

...И чего только не напридумываешь, глядя на бабочку, пьющую из ложечки чай с вареньем!

Я. Сладков

Муравей и сороконожка

- Вот напугал, Муравей! Да ты что - с неба свалился, что ли?

- С неба, с неба... С рябиновой ветки я свалился!

- А что же ты там делал?

- Делал, делал... Коров пас!

- А еще что?

- Что, что... Доил коров!

- А еще что?

- Молочко сладкое пил.

- А еще что?

- Вот пристала! Ну, задремал немножко, да и скатился с листа! Тебе что, у тебя сорок ног, а у меня всего шесть: на двух стою, двумя тлю-коровку держу, двумя молочко тлиное собираю!

Я. Сладков

Бабочки

Бабочки тогда только живут, когда хорошо живется. Чуть только им плохо - холодно, ветрено, сыро, - они обмирают. Впадают в особый сон: ничего не видят, не слышат, не чувствуют. И тогда все плохое и неприятное проходит мимо, будто и вовсе его нет. Нет в жизни бабочек дней тяжелых и пасмурных - только светлые, теплые, солнечные. Потому-то так беззаботно и весело порхают они над лугом.

Я. Сладков

Песочное одеяльце

Летом круглоголовка под песочным одеяльцем спит. Вы под ватным, пуховым или суконным, а она - под песочным. Как только зайдет солнце и потянет прохладой - круглоголовка ложится животом на песок и начинает дрожать. Дрожит, трясется и... тонет в песке! Вот уже тельце утонуло и хвост, и тотчас начинает трястись-вибрировать голова и тоже тонет в песке. Только что вот тут ящерица была, а сейчас голый песок, ровное песчаное одеяльце. Вечерний ветерок дунет - последние складочки заровняет. Спит круглоголовка спокойно в тепле до утра.

Я. Сладков

Яшуркин нос

Красавица сетчатая ящурка - золотая в черную крапинку! - всюду сует свой нос. Носом своим даже сквозь землю чует. Вот ползет не спеша и все время тычется в песок носом. Ползет, тычется и вдруг начинает копать. Зароется по самые плечи и... вытащит из песка полосатую, как зебра, черно-белую гусеницу! Тряхнет ее хорошенько, проглотит, оближется - и опять ползет и вынюхивает. Прямо как охотничья собака!

Ни разу не видел, чтобы она напрасно копала. Вот это нос - сквозь песок чует!

Н. Сладков

О муравьях

Один раз я пришла в кладовую достать варенья. Я взяла банку и увидала, что вся банка полна муравьями. Муравьи ползали и в средине, и сверху банки, и в самом варенье. Я вынула всех муравьев ложечкой, смела кругом с банки и поставила банку на верхнюю полку. На другой день, когда я пришла в кладовую, я увидала, что муравьи с полу приползли на верхнюю полку и опять заползли в варенье. Я взяла банку, опять очистила, обвязала веревкой и привесила на гвоздик к потолку. Когда я уходила из кладовой, я посмотрела еще раз на банку и увидала, что на ней остался один муравей, он скоро бегал кругом по банке. Я остановилась посмотреть, что он будет делать. Муравей бегал по стеклу, потом побежал по веревке, которой была обвязана банка, потом вбежал на веревочку, которой была привязана банка. Вбежал на потолок, с потолка побежал по стене вниз и на пол, где было много муравьев. Верно, муравей этот рассказал другим, по какой дороге он пришел из банки, потому что сейчас же много муравьев пошли друг за другом по стене на потолок, по веревочке в банку, по той же самой дороге, по которой пришел муравей. Я сняла банку и поставила ее в другое место.

Л. Толстой

Лесной тропой

...Любопытно поглядеть на мирную жизнь непуганых зверей. Несмышленый еще молодой зайчик без опаски выбежал на пыльную дорогу и сел на колее. У родимой норки на лужайке игриво кувыркаются лисята. Присматривает за потомством хитрая мамаша в облезлой шубке. Куда девалась зимняя пышность!

Зной, мухи одолевают кумушку. Дремлет, прищурила глазки, косится на лисят. Не нравится, видно, беспечность глупышей. Забыли звереныши о предосторожности, а лес полон опасности. Но чутки острые ушки матери к подозрительным лесным шорохам. Лиха беда - волк подкрадется и застанет врасплох семейную идиллию.

Потешны детские игры пушистых лисят. Не успели еще озвереть, а звериная повадка с рожденья: зубы скалят, огрызаются, норовят вцепиться. Но детство свое берет. Хочется поиграть, повозиться, порезвиться. Облапили друг друга, повалились и ну кататься по траве. Вылитые собачки!

Дм. Зуев

В октябре

В октябре звери строят свои зимние убежища. Об этом лесные жители заботятся еще в листопад.

...Шуршит, копается в листве дотошная "синяя птица" - сойка: то орехи, то желуди, хитрая, подбирает под дубом, а может быть, и склевала вредную черепашку под листвой. Любит она и жирных хрущей.

Опавшим листом интересуются еще три потребителя. Лесной боярин-медведь подстилает листву в берлогу. Скопидом-барсук притопает в дубраву за желудями, поест и потешно пятится задом, толкает полосатый поросенок ворох сухой листвы, волочит, тащит в свою барсучью нору... Мягкую перину готовит для зимней спальни. У него в отнорках есть и кладовые. Копнешь - зашуршит что-то. Смотришь, а это сушеные лягушки, жуки и грибы.

Мудро заготовлены зверьком запасы желудей. Барсук не роет корни дуба - только отъедается желудями. Спальня - в отдельном отнорке. Чистоплотный зверь! Почистит норы, утеплит листом и зароется на зимнюю спячку.

А ежик по-своему заготовляет подстилку. Кубарем катается по траве и накалывает листву на свои иглы. Охапкой встанет еж и понесет на себе листовой матрац в гнездо. Идет чудище, узнать невозможно: копна копной!

Иногда непонятное видишь на дереве: кто же так ухитрился на сухой сучок осины наколоть гриб? Высоко - человеку не достать рукой. Это догадливая белка так сушит грибы на зиму. А вот на пне, как на прилавке, разложены черные, красные грибы. Сметливый барсук сушит и таскает их в отнорки. А на земле лежат свежие изъеденные шляпки без ножек. Видимо, грибками лакомились мыши и зайцы; они-то и оставили эти огрызки.

Разумно зимуют смышленые звери - бобры. Они с осени топят в воду ветки осины и ивы - запас корма на зиму... Бобры зимуют в подводных норах.

Дм. Зуев

Осень

Листопад кончился. Распуганные шорохом листвы трусливые беляки из травянистых вырубок, ельников, с опушек и полевых оврагов вернулись в лесные чащи...

Любят в полыни и чернобыльнике залечь на дневку пугливые зайцы-русаки.

Неслышными шагами входишь в темный ельник. Никаких следов. Приглядываешься по сторонам.

Вдруг забелело, словна глыбка снега. Как это после дождя уцелела, не растаяла? Ба, да это вовсе не снег, а заяц притулился на дневку под елкой. Торчат только черные кончики ушей.

Лежит, дрожит, трус, подняться ему страх. Понимает, что тут он как бельмо на глазу. Все черно кругом, а он - белый.

Выцветает, белеет шкурка. Приготовился заяц к зиме, а она его подвела. Заглянула, словно на побывку, да и ушла до срока...

Беляки любят ложиться под вершинами вывороченных с корнями елок...

Вплотную иногда подпустит беляк, чуть-чуть на него не ступишь. Поползет, крадучись, с лежки, оглянется - и со всех ног бросится наутек...

Дм. Зуев

Волки

Тусклы и коротки дни поздней осени. Непроглядно темны длинные ночи. Хмурится низко нависшее небо...

Только серому волку поздняя осень и зима не в диковинку. Привольно зверю разгуливать по безлюдным полям. В ноябре волки не живут в большом лесу, бегут стаями из чащ в травянистые болота, в мелколесья, в припольные овраги и ближе к деревне.

Волка ноги кормят. Иной раз за ночь отмахают звери километров пятьдесят. И все по дорогам, и все гуськом, след в след, друг за дружкой. Вразброд непуганые волки не пойдут никогда.

Волк хитер и кровожаден. Нежданно-негаданно нагрянет ночью в деревню - берегись скот на плохо огороженном дворе! От волков особенно достается гусям. Сами себя выдают с головой. Уж очень чутки ко всякому шороху. Раньше собак услышат хруст оледеневших луж под волчьей лапой. Враз поднимут тревогу и сами укажут, где их взять...

...Далеко в снежном поле показалась темная точка. Вот она становится все больше и больше, и вырастает фигура бегущей собаки. Да это волк! И вдруг их уже два, три, четыре. Как из земли вырастает стая. Семья охристо-ржавых седых волков гуськом трусит по дороге.

Осмотрительно ведет стаю старая волчиха. Прибылые и старше года - переярки - следуют за ней по пятам. Шествие замыкает матерый волк.

Сорочий крик насторожил волчицу. Она остановилась. Вмиг застыла вся колонна. Не по нутру волкам птичий переполох. Молодые навострили уши. А матерый волк поднял левое ухо и тут же опустил: сорока-пустомеля! Волчица повела носом по воздуху. Деревня близко. Дымком, овцами, телятами пахнет...

Волки той же мелкой рысью тронулись к рябине...

Дм. Зуев

Коллекция

Димка внимательно посмотрел на нее, прислушался. Из коробочки доносились какие-то шорохи.

- Кто это там? - почему-то шепотом спросил Димка.

- Зверь, - тоже шепотом ответил я.

- Какой?

- Олень, - говорю.

- Ну да! - Димка недоверчиво посмотрел на меня, потом на коробочку и снова на меня.

- Почему же у тебя в коробочке может быть носорог, а у меня не может быть оленя? - сказал я и открыл коробочку.

- Вот это да! - ахнул Димка, разглядывая большого жука с огромными полукруглыми челюстями. - Верно ведь, совсем как рога у оленя. Ты мне отдашь его для коллекции?

- Конечно, я для тебя его и поймал.

- Послушай, - вдруг сказал Димка, - здорово как получается! Есть у нас носорог, есть олень и есть медведица. Бабочка-медведица. Помнишь, мы вчера поймали?

У нас и в самом деле была такая бабочка. Правда, на медведя она не похожа. Передние крылья у нее коричневые с белыми разводами, а задние - красные с большими темно-синими пятнами. И брюшко тоже красное. Зато ее мохнатая коричневая гусеница очень напоминает крошечного медвежонка.

- Прямо не коллекция, а зоопарк! - засмеялся Димка. - Кого же нам еще поймать для нашего зоопарка?

- Прежде всего нужен слон, - объявил я. - Какой же зоопарк без слона?

- Слон? А разве есть такая бабочка?

- Бабочки нет, а жук есть. Сосновый слоник называется. Завтра пойдем в лес - поохотимся.

Однако в тот день слоника мы не нашли. Поймали мы его через неделю. Это был небольшой жучок с сильно вытянутой головкой, напоминавшей хоботок.

Димка не сразу сообразил, кто это, и спросил меня.

- А ты присмотрись внимательнее, - ответил я. - Видишь хоботок?

- Слоник! - тут же догадался Димка.

Теперь уж у нас был настоящий зоопарк, со слоном и медведицей, оленем и носорогом. Правда, не все они были похожи на тех зверей, которые сидят в клетках. Но каждый из них чем-нибудь да напоминал настоящего зверя. Не случайно же их называют по-звериному.

Ю. Дмитриев

предыдущая главасодержаниеследующая глава











© Карнаух Л.А., Злыгостев А.С. 2001-2019
При копировании материалов проекта обязательно ставить активную ссылку на страницу источник:
http://izbakurnog.ru/ 'Избушка на курьих ножках'

Рейтинг@Mail.ru